Три девицы…

Следующая * Предыдущая

После общения с братом и процедуры расставания с доходами, довольно болезненной для собственной самооценки, Кира поняла, что надеяться на поддержку семьи не стоит. Саша только раздавал выгодные для себя указания, Кристина, та вообще плясала под Сашкину дудку, смущенно отводила взгляд и, конечно, помочь в такой ситуации не могла… разве что уехать вместе с сестрой в ссылку.

«А что, это идея! Чем тащить за собой недотепу Минаева, взять Кристинку — она всегда найдет где повеселиться и чем развеяться. Но… СТОП! Сашка же, негодяй, и её обчистил до нитки! А что будут делать две нищенки в Европе? Побираться на паперти Миланского собора*? — Очень смешно! Придется все-таки этого нудника с собой тащить!.. И Кристинку! Тогда точно скучно не будет. Как там Сашка сказал? «Никитка — кошелек ходячий. Он не свои, а папочкины деньги тратит, отказу не знает, а у того их много — целый банк!» Столько, что у Минаева и на сестричку его богини деньги найдутся!»

Все! Когда решение было принято, Кира немного успокоилась и почувствовала, что проголодалась. Проголодалась не столько по пище, сколько по последним новостям тусовки. А лучший поставщик сплетен в Москве кто? Конечно-же, Шестикова! Правда, с ней сейчас встречаться — себе дороже. Пока о пребывании Киры Воропаевой в Москве еще мало кто знает, а если Шестикова на хвост сядет — не отвертеться! Второй по списку «информативных подруг» — стояла  Викуся. Та, хоть и глупышка, но все про всех знает. А, главное, многое знает о состоянии дел в «ЗимаЛетто». Ведь у нее с Женсоветом соревнование — кто больше слухов и интересных новостей в компании подслушает… Да и с Кирой она уже встречалась.

***

Малиновский после звонка Николая тут же пустил информацию по нужным каналам и решил подождать ответ в любимом баре «У Севы». Зашел, раздвинул занавески и уже хотел крикнуть привычное «Привет господа и дамы!», как краем глаза уловил две склоненные друг к другу знакомые головки — темную и светлую.

«Конечно! Кирюша с Викусей! Опять что-то затевают, интригантки ! Что, интересно?.. Сейчас мы это потихоньку и выясним. И все ваши козни предупредим и разрушим!»

Для начала сфоткал девиц на мобильник — лишнее доказательство никогда не помешает — и стал тихонько, по стеночке, продвигаться к уголку, где они затаились. Тут и почувствовал звонок. Мысленно похвалил себя с тем, что на время оперативных действий перевел телефон на вибрацию, чтобы не светиться в ответственные, как этот, моменты. «Жданов» высветилось на дисплее. Роман мысленно поблагодарил шум, стоящий в зале, коротко бросил в трубку: «Позже!» — и выключил мобильник. На задании разведчикам отвлекаться не положено!

__________________________________________________

* Мила́нский собо́р (итал. Duomo di Milano), Собор Рождества Девы Марии (итал. Cattedrale di Santa Maria Nascente) - кафедральный собор в Милане, расположен в историческом центре города

Следующая * Предыдущая

Три девицы…

Следующая * Предыдущая

Жданов как решил — так и сделал. Не раздумывая долго, набрал номер Романа и даже подколку подготовил, что-то вроде: «Вы-то, Шерлоки, все по сусекам скребетесь, а ко мне Колобок, то есть Катюша, сама пришла, то есть позвонила!» — короче, по разговору сымпровизируется!

Малиновский на звонок ответил сразу, но коротко бросил в трубку: «Позже!» — и отключил мобильник. Совсем выключил…

***

Андрей недоуменно смотрел на экран телефона — «Позже?!» — немного послушал отрывистые звонки и разозлился: «Вот как ты мне помогаешь! Друг называется! Ладно! А я-то вообразил, что Роман может к чему-то серьезно отнестись! Чепуха! Ха-ха-ха!!! Правильно раньше решил в наши с Катюшей дела никого не вмешивать!.. И вот — показатель моей правоты!!! Малиновский, черт! Что же мне делать?! — Жданов задумался, — Что же делать сейчас?.. А сейчас!!! Позвоню-ка я Зорькину! Вот! Ведь он у моей девочки самой лучшей подружкой числится, так что Катя, если уж на связь решилась, то, наверняка, и ему отзвонилась. Может какую дополнительную информацию наскребем друг у друга. Сверим показания, так сказать… Да!»

***

— Привет, Коля. Как дела? Тебе Катя случаем не звонила?

— Да… Звонила, но я её сразу к тебе направил! Чессно слово! Клянусь! Она что, так и не решилась тебе позвонить?!

— Да позвонила, позвонила, не паникуй, — подбодрил Зорькина Андрей.

— Ну, слава Б-гу! Лед тронулся, господа присяжные заседатели! Лед тронулся!* — восторжествовал Коля, — это я её уговорил, запомни!

— Да, премию себе за это выпиши из президентского фонда! — съязвил Жданов.

— Что такое? Что опять не так, — заволновался Зорькин.

— Лед, может и тронулся, но не треснул…

— И что означает сия загадочная фраза, — поинтересовался Николай.

— Не сказала она мне ничего! Вот что это означает!

— Что не сказала?

— Не ЧТО, а о ЧЁМ!!!

— Ну, и о чём?

— Ты что, совсем на своих финансовых документах помешался, Зорькин?! О беременности она мне НЕ сказала!

— Ну, это только начало… — поспешил заверить начальника Коля, — все впереди. Мы же решили ей неделю дать, так что…

— ЧТО?!! — опять вспылил Андрей, — Что?! — но сразу сник и попросил, — Ты бы на неё повлиял как-то, что-ли!

— Я?

— А кто еще? Кто её лучшая жилетка в мире?

— Я?

— А-то сам не знаешь! Вот, позвонила же мне по твоему совету, может и встретиться согласится, а-то как-то очень туманно намекнула об еще одном звонке и трубку положила.

— Я, может, и был когда-то жилеткой, но все давно уже не так. Да ты и сам знаешь. Она мне даже телефона своего не оставила, не то, что адреса… Так что на Катьку я повлиять не могу! Вот ты на свою маму повлиять можешь?

— …

— Вот, то-то же! Не можешь! А я из-за нее, между прочим, ночами не сплю и сосредоточиться не могу — каждый час звонит с новой идеей по финансовому убийству твоего отца и Воропаевых… а это может привести к краху всей компании!!!

Андрей до сих пор воспринимал стоны Зорькина, как неотьемлемую часть натуры — никуда не денешься! — и не слишком обращал на них внимания, но в его последних словах неожиданно прозвучало неприемлемое для президентского уха сочетание КРАХ КОМПАНИИ…

— Повтори, что ты сейчас сказал?

— Да ты, меня совсем не слушаешь! — возмутился задетый невниманием начальника финансовый гений, но потом смягчился — а вдруг Жданов все-же отвлечется от Катьки и поможет — и потому послушно повторил, — Так вот, твоя маман… Кх-кх… то есть Маргарита Рудольфовна совсем мне покою не дает. Каждый час новую идею о финансовом крахе твоего отца и Воропаевых подкидывает! А я и так ночами не сплю, все думаю, как из этой ситуации выкарабкаться!

— Да ты что!

— Вот именно! Представляешь! Она готова «ЗимаЛетто» уничтожить, лишь бы свои счеты с ними свести! И как мне от нее отбиться?! Она же один из главных акционеров! Давит своим авторитетом на мой бедный мозг! Он же скоро лопнет! А ты? Ты должен меня беречь — ведь я во благо твоей компании стараюсь. Или… — прошептал Николай, — Ты что, на ее стороне?!

— Осади, Зорькин, осади! Я об этом и слыхом не слыхивал…

— Как не слыхивал?! А «Апрельские тезисы»?

— Не припомню что-то. Да и не до всяких дурацких идей мне сейчас.

— Ничего себе дурацкие идеи! Нам на совещании, за чаем с пирогами, ясно было указано: «Сделать вид, что дела на фирме идут не лучшим образом из-за скандала и резко сократить выплаты акционерам». Это значит ОБАНКРОТИТЬСЯ, но не до конца. Представляешь!!!

— Даже так! Но главное во всем этом — пироги… Да, Зорькин? Так что-же ты указания не выполняешь, если они под пироги были сделаны?

— А-а-а-а!.. Так вот как ты обо мне думаешь! Что меня пирогами с пути истины сбить можно?! Так ты ошибаешься! Я успешные компании банкротить не согласен.. и не умею! Нехитрый я! Мне бы Катьку сюда! У нее дипломатические выходы из таких ситуаций лучше получаются.

Имя Кати бальзамом пролилось на раненное сердце, и Жданов обрадовался повороту к главной для него теме разговора. Уж сейчас он себя увести в сторону не позволит! Даже разговорам о КРАХЕ. Об этом потом, после… Главное — Катенька!!! И ринулся в бой:

— А Катюша, значит хитрая?! Да она самая честная, самая прямая и самая… — Андрей захлебнулся посреди диферамбов. Не все же Зорькину выкладывать!

— Ну, понял, понял! И я не в плохом смысле… Я имел в виду… Ну ты же понимать должен!.. — начал оправдываться Коля.

— Вот и вернулись к началу разговора! — восторжествовал Андрей, но тут же предупредил, — ты смотри мне, сильно её не нагружай, ей волноваться и перерабатываться вредно!

— Да её хлебом не корми… — заикнулся Зорькин.

— И не думай на неё все это взваливать! — прикрикнул Андрей и тут же заподозрил неладное, — или уже взвалил?!

— Не… еще не писал… Она же звонила, так теперь и по телефону можно решить…

— НЕТ!!! Я же тебе приказал! НЕ ВЗДУМАЙ!!!

— Ладно… ладно, — примирительно пролепетал Зорькин, — Но что же делать тогда?

— Сейчас Малиновского вызвоню, может освободился уже – порешаем задачку. А ты пока думай! САМ думай, Коля! САМ! — и подсластил пилюлю, — На маменькины звонки можешь не отвечать, я с ней поговорю… Потом. Все! Работай! — приказал завершая разговор.

____________________________________________________________________

* Лед тронулся, господа присяжные заседатели! - восклицание героя книг «Двенадцать стульев» и «Золотой телёнок» Остапа Бендера, крылатая фраза. Обозначает какое-то продвижение в некотором деле, часто - в положительную сторону, а также, что положено начало некоторому делу.

Следующая * Предыдущая

Три девицы…

Следующая * Предыдущая

***

«Кого еще черти принесли?! — Воропаев заглянул в глазок, — О! Только подумал… Значит правда — На ловца и звЭрь бежит!*»

— Смотрите какие люди ко мне пожаловали! Кирюша, ты ли этО? Вроде еще вчера в Лондоне была а теперь тут! Прямо фокус-покус какой-то получается!

Но Кира на ёрничания брата внимания не обратила. Кометой промчалась в гостинную и плюхнулась на диван. Пока он закрывал дверь приняла печальную позу, опустила плечи, руками глаза закрыла — вот-вот разрыдается — Сашка ведь женских слез жуть как не выносит, авось разжалобится и поможет разрулить мерзкое дело со Ждановыми. В душе Кира понимала, что сделать уже ничего нельзя, но Саша всегда её выручал, и она надеялась, что и сейчас его изворотливый ум найдет лазейку в этой патовой ситуации.

— Та-а-а-а-к… Что случилось? Обидели тебя? Кто посмел?! — решил подыграть ей Александр.

— Андрей!!!

— Вот значит как получается… Прошла любовь…

— Ты знаешь, как он со мной разговаривал! Как хамил мне! — Кира вскочила, позабыв, что собиралась держаться за позу вселенской скорби до последнего.

— И как посмел! Наглец этакий! Обижать мою сестру?!

— Да! Представляешь! Совсем стыд потерял! Секретарша даже за дверь выйти не успела!

— А, значит появился все-таки в офисе наш президент. Когда я там был они не соизволили прибыть…

— Хам и есть хам! Ты же один из главных акционеров! — обрадовалась Кира.

— Зато Маргарита…

— Так там и Маргарита Рудольфовна была?! — тут до Киры стало доходить истинное положение вещей.

— Ну да… А когда ты с Андрюшей общалась её не было?

«И слава Б-гу, что не было!.. Но, если Марго была на встрече с Сашей — добра не жди! Он разборок со Ждановыми-старшими терпеть не может! Теперь и о помощи просить тяжелее… Но, все-равно деваться некуда, была-не была!» — Кира подумала, что как-нибудь с братом справится и сумеет разыграть нужную карту в свою пользу. Правда, после следующей реплики Александра поняла, что дело, действительно, плохо.

— Не И Маргарита Рудольфовна, а ТОЛЬКО Маргарита Рудольфовна и была! — вдруг заорал Александр, — Ты знаешь, какое унижение мне пришлось пережить по твоей милости, дорогая сестрица?!

— Ну, Сашенька…

— Без всяких Сашенек! На этот раз ты зашла слишком далеко! Нет, ну надо же! И как тебя угораздило с Павлом связаться?! Ладно бы с Андрюшей своим болталась! Но с Павлом!!! И, главное, дала Маргарите себя застукать! Ты мозги где потеряла? В Кристинкином астрале?! Конечно, ведь «Андрюша любит Кирюшу, а Кирюша любит Андрюшу!» Как бы не так!!! Оказывается сказочка теперь называется «Павлуша любит Кирюшу, Кирюша использует Павлушу и попадается Маргоше!!!»

— Все не так было… — попыталась оправдаться Кира.

— А как? Ты будешь утверждать, что в Павла влюбилась? Или, может не так, может Марго всю вашу эротическую сцену сама выдумала? Ни за что не поверю!

— Да нет, конечно! Нет! — и пробормотала под нос, — Да и послала я его… — козла старого…

Но Саша услышал и аж взвизгнул от негодования:

— Кого послала? Павла Олеговича?! Это он-то козел?! Я хорошо расслышал? Да ты знаешь что он может тебе сделать!!!

— Ничего он не может, и ничего он не сделает! Как я ребенка потеряла, он сам не свой стал, весь запал потерял — старик стариком!

— Ох! Хоть одна хорошая новость!

— Что Павел стариком стал? — не поняла Кира.

— Нет, дура! Что ребенка потеряла!

— И не говори! Достал он меня своей заботой, шагу ступить не давал, все бегал вокруг меня и слюни пускал… Бр-р-р-р… Кошмар! Счастье, что отделалась!

— А ты рано радуешься, дорогая! Марго слюни не пускает, она кулаки сжимает, а они у нее, как известно, железные!

— Думаешь?..

— Не думаю, а знаю, Кирюша! Знаю! Это тебя она привечала, вот ты, дурочка, ничего и не замечала… А в свете о её методах мифы ходят. Да и я, по твоей милости, имел удовольствие с ней сегодня побеседовать! Огромное, доложу, удовольствие получил! Так что, стоит тебе из Москвы, да и из России уматывать. И чем скорее, тем лучше! Знаешь же она так просто твои амуры с Павлом не оставит, тем более, что все своими глазами видела.

— Ой! Ты и про это знаешь!.. — прикинулась дурочкой Кира.

— А как же, просветили в самом что ни на есть полном формате. Да я тебе уже говорил, так что глазки свои захлопни! Я же не Андрюша!

— Нет, не Андрюша… Но и он мне тоже цитировал… из Марго…

— Ну, его-то в первую очередь во всю эту грязь и окунули! Посвятили, так сказать, в папочкины амуры… Наверное маман прямо с трапа самолета к нему помчалась! Иначе не было бы ничего в желтых писульках. Без его согласия даже алчущая мести Маргарита на такое не пошла бы.

— Так она не одна, ей явно Юлька помогла! И как Андрей на такое пошел — имидж компании и все такое… — решила оправдаться Кира, но не помогло. Саша так зыркнул на неё, что все оправдания из головы вылетели.

— Цыц, дура! Маргарита если что решила, никто против нее не встанет. Юлька, тоже мне поддержка! Из-за такой пешки как Виноградова никто и с места не сдвинется… А Андрюша первый под дудку Марго пляшет, а за ним все остальные. И если и взбрыкиваются, то по мелочам… а тут такое! Если пожар разгорится не только нас сметет, но и имидж «ЗимаЛетто» выжжет до тла! Радуйся, что она до сих пор в относительном шоке и ведет себя нетипично тихо для своего характера. Всего лишь писульку в желтуху запустила! Но, погоди немного, скоро нарыв прорвется, тогда никому мало не покажется! И никакой Андрюша, хоть и любит компанию и гордится местом президента, мамочку свою остановить не сможет!

— Думаешь?..

«Думаешь, думаешь…» — передразнил сестру Воропаев, — УВЕРЕН! Уезжай прямо завтра!

— И куда мне поехать?

— В Милан! Тебе же там жутко нравится! Можешь Минаева Никитку с собой захватить для отмазки… Он, кажется, еще не остыл — продолжает сохнуть по тебе после стольких отказов, недавно встречались — все расспрашивал «Как Кирочка? Где Кирочка?».

— Думаешь стоит предложить ему поехать? — засомневалась Кира.

— Да! Лучше с ним, чем одной, после того, что ты тут заварила. Папаша его в обиду не даст, может и тебя, заодно, отмажет от мести за оскорбленное самолюбие своей подружки.

— От Маргариты, что ли?

— От неё… Да, кстати, сейчас к нотариусу поедем и напишешь мне доверенность на свои акции. Кристинку тоже нужно по дороге прихватить. Ее акции тоже временно побудут под моим опекунством, а там видно будет…

— Саш, а что же я без денег в Милане делать буду? – захныкала Кира.

— Я ж говорю, Минаева захвати, этот кошелек ходячий. Ни в чем отказу знать не будешь. Ведь он тебя обожает, на все готов ради Кирюши милой. Да и не свои, а папочкины деньги тратит, а у того их много — целый банк! Все! Едем пока не поздно!

_________________________________________________

* На ловца и зверь бежит. (русская народная поговорка) Заинтересованному в чем-л. человеку удачно попадается тот, кого он хотел найти, или то, что ему нужно.

Следующая * Предыдущая

Три девицы…

Следующая * Предыдущая

***

Сейчас!!!!!!!!

Это восклицание пронзило сердце. Сразу возникло непреодолимое желание кинуться на призыв любимого, но материнский инстинкт призвал на помощь страх, и они взяли вверх. Катя обхватила обеими руками живот, защищая свое неродившееся дитя и привалилась к спинке кресла. Держала трубку в руке, смотрела на неё и опять появились сомнения.

«Что же делать?! Да, друг мой Колька, ты прав — вот такая я трусиха!!! Но ведь и я права! Стоит ли вот так, по телефону, сообщать человеку о беременности. Хоть Раневский с его жизненным опытом и авторитетом прижал меня к стенке, утверждая, что реакция Андрея на известие сразу покажет и его отношение… и «если он не откликнется или не отреагирует, как хотелось-бы, то и где искать знать не будет…» А я хорошо знаю взрывной Ждановский характер: такое известие либо разозлит, либо обрадует, либо раздражит* его — но, наверняка, не оставит равнодушным. Ведь это как ледяной водой окатить, а Андрюша свои чувства в узде держать не умеет. Да и мало ли что с ним после такого известия случиться может… Но улицу выбежит и кинется куда-нибудь не разбирая дороги, за руль сядет и помчит, как сумасшедший… А если сердце прихватит? Как по телефону помочь? Нет! Я ПРАВА! При таком признании нужно быть рядом… Тем более, Зорькин заверил меня, что от него «одни кожа да кости остались», а стресс, всем известно, ослабевший телом человек воспринимает тяжелее.

Да! Позвоню, поговорю… Может о встрече договорюсь… Да что раздумывать! Андрей ждет!»

И Катя набрала знакомый номер.

***

Андрей сразу же схватил трубку, даже не дал поздороваться и затараторил:

— Алло, алло! Катюша это ты? Да? Не клади трубку, родная, скажи что-нибудь, пожалуйста… Не клади трубку!!!

Катя опешила и в первую минуту даже простого «Здравствуй…» вставить в обрушившийся из трубки словестный поток не смогла, но потом нашла объяснение такому нетерпению и улыбнулась — Андрей ждал её звонка — мысль об этом придала сил.

— Кх-кх…

Андрей на минуту затих, а потом шепотом спросил:

— Катя, ты больна?!

— Нет, что ты! Все в порядке… Ну, здравствуй, господин президент компании «ЗимаЛетто»!

— Катя! Милая моя! Конечно, извини меня! Конечно! Здравствуй!!! Да…

— Как дела?

В голове сразу поднялись возмущения: «И ты еще спрашиваешь!» «Как ты могла меня бросить?!», но Жданов взял себя в руки, повторил про себя мантру Малиновского «Поспешишь — все дело загубишь!» и со всем возможным спокойствием сообщил:

— В компании все идет по разработанному нами плану, Женсовет на месте, Зорькин с Малиновским тоже…

— О! Это немало, — усмехнулась Пушкарева.

«Ты смотри! Она усмехается! Как вам это нравится!!! Я тут с ума схожу, а она усмехается!» — почти сорвался, но снова повторил про себя — «Поспешишь — все дело загубишь!» — и проскрипел в трубку:

— Да… немало… А у тебя как? — не смог удержаться и съязвил, — тетя уже выздоровела?

— Какая тетя? — спросила не подумав, а потом спохватилась — «О черт!»

Но было поздно. Андрей, как питбуль за чужака**, цепко ухватился за промашку.

— Как какая? Кира тут всем сообщила, что ты срочно умчалась в далекие дали, тьму-таракань какую-то, ухаживать за тетей… Что там ни связи, и, даже, ни адреса толкового… Или это опять её интриги?

— Какие интриги? Ты о чем? Я сама…

Катя попыталась увести разговор в сторону. Но Жданов уже «взял след»«Хоть ты дама и загадочная, но я от тебя — не отстану!»

— И ты ничего не знаешь? Хочешь сказать, что твоя подружка Зорькин не доложил о нашем стратегическом положении?

Девушка поняла, что отделаться простыми отговорками не удастся, разве что бросить трубку. Но сделать это — значит обидеть Андрея, а он и так страдает… Что ж, придеться выкручиваться.

— Ах, да… Что-то такое было… Но ты же знаешь, сплетни меня мало интересуют… Я больше на цифры в отчетах смотрела. Хорошие такие цифры! Все в «ЗимаЛетто» в полном порядке…

— Конечно в порядке! Ты же Зорькина подослала! Этого нудного экономического гения на мою голову! — Андрей начал заводиться, — Дулдит и дулдит своими циферками и под нос их постоянно подсовывает! Как будто, если они у меня под носом я их лучше разгляжу и одобрю! А я и так хорошо вижу, на расстоянии, хоть и в очках! И не все его идеи мне по вкусу! Так и знай!

— Конечно, хорошо, кто сомневался, — попыталась снизить накал Катя, — Ты и не обязан со всем соглашаться. На то ты и президент… И «ЗимаЛетто» под твоим руководством успешно развивается.

— Вот именно!

— Что, достает Колька своими идеями? Должна сказать, что многие из них только кажутся неосуществимыми. У него, действительно, уникальное экономическое чутье.

— Да… Уникальное… — задумчиво протянул Андрей, — как и у тебя. Катя, приезжай уже поскорее! Я с ума схожу! Ты нужна мне, Душа моя!

— Андрюша, — в голос прокрались слезы, — я еще немного должна… Нужно тут все организовать…

— Ну да, ну да… Знаешь, за что я тебя люблю?

— А ты любишь?

— Конечно! Даже не сомневайся! Так вот, ты — ясное солнышко, лучезарная звёздочка, ангел во плоти. Ты — самое чистое и доброе создание, какое я только встречал в своей жизни. А еще, не думай, я очень уважаю твою независимость и самостоятельность, но все равно считаю, что твое место рядом со мной!

— Хм… хм… Сам же только что сказал, что я независимая и самостоятельная…

— Да! Но еще и маленькая, хрупкая, ранимая! Нежнее тебя никого нет! И всю тебя такую только я могу оградить от всех неприятностей и защитить!

— От каких таких неприятностей? — удивилась Катя.

— Хочешь сказать, что Кира просто так от тебя избавилась?

— Она не избавлялась. Я сама… — попыталась настоять на своей версии девушка.

— Катя, — в голосе Андрея прорезались командирские нотки, — мне-то лапшу на уши не вешай! Я что, Киру не знаю! Была вот недавно!..

— Была? — ахнула Катя, — И что?

— Как что? Что?! Ничего! Послал я ее! Вот что!!! Катя! Я же тебе еще на даче объяснил, что у нее НЕ МОГ быть от меня ребенок, и у Юльки, кстати, тоже… — в голосе прозвучали нотки обиды, — Ты за кого меня принимаешь? Мы же все это уже обсуждали.

— Да, да, — поспешила успокоить любимого Катя, — конечно! Я помню. Да и Коля мне что-то писал… даже ссылки на какие-то статьи прислал… Я их толком не читала, правда…

— А ты в своем репертуаре! Пушкаревы желтой прессой не интересуются, сплетни не слушают!

— Ну, что-то в этом роде… Папа всегда говорил…

Но Жданов закончить мысль не дал:

— Умница, моя! Правильно делаешь! И папа у тебя что надо! Так вот, к сведению НЕинтересующихся, все разрешилось к всеобщему облегчению.

— Как это к облегчению? А дети? — «Вот сейчас, Пушкарева ты и услышишь свой приговор!»

— Так, дети эти, слава Б-гу, не мои! И, как Кира мне сегодня сообщила, своего она потеряла… Вот так вот! Та еще мамаша бы получилась!

— А Юлианна? — с замиранием в голосе спросила Катя.

— А что Юлианна? С ней все в порядке. Только ребенка я своим признавать не буду… — и рассмеялся, — Ребенок останется Ждановым, но не моим! Мама удочерять не разрешает, представляешь!

«Приговора долго ждать не пришлось! Отношение Андрея к вопросу пока непонятно, правда и огорчения в голосе не слышится… Но ЕГО МАМА!.. Удочерить не разрешает… И ведь это Юлькин ребенок. Юлианну Марго уважает… Правда сейчас, когда она узнала всю подноготную… А вот меня Маргарита Рудольфовна никогда особо не жаловала… даже, можно сказать, не замечала. Все-таки хорошо, что я решила повременить со своим известием — сама с обрыва не бросилась и Андрюшу не столкнула!»

— Так у Юли дочка будет? Рада за нее.

— Да, дочка, недавно на экране наблюдали. Странно так!

— Да… странно, — и тут Катя спохватилась. Давно пора было разговор заканчивать. Нужно все сказанное переосмыслить и решить, как сделать следующий шаг, — Андрей, рада была тебя слышать…

— Катя, ты что, прощаешься? Ты где сейчас? Я приеду!..

— Нет, не нужно. Я тебе на днях позвоню, поговорим… договоримся…

— Как, вот так и все?! О встрече договоримся?! Катя!

— До свидания, Андрюша! — и осторожно нажала на кнопку отбоя, — Фу, пронесло!

Сразу стало так грустно, и в квартире какая-то особо гулкая тишина.

«Ничего, Пушкарева, прорвемся! Где наша не пропадала! Сейчас отдыхать, завтра выходной — все следующие шаги обдумаем рассмотрим со всех сторон и порешим, что делать. Все! Спать! Ребенку отдых нужен!»

***

Андрей все еще сжимал трубку. «Что же произошло? Но почему, почему она промолчала? Неужели боится меня? Нет! Чепуха! Раз позвонила…» Он так ждал Катиного признания, но она почему-то промолчала, не смогла или не захотела говорить.

Во время разговора Жданов всеми фибрами души чувствовал Катины колебания, но так и не решился подтолкнуть её к главной новости. Останавливали предостережения Малиновского: «Поспешишь — все дело загубишь. Дай ей время. Катька почти созрела. Вот увидит тебя без подготовки, еще и ребеночка раньше времени родит!»

«Черт бы его побрал, умника этого! Но она явно чего-то опасается… А может она боится не меня, а ЗА меня? Да ты, оказывается, продолжаешь быть  самовлюбленным идиотом, Жданов! Понял же, на собственной шкуре испытал, что не на тебе одном мир клином сходится! А всё привычка дурацкая, мамочкой привитая, в первую очередь о своих интересах печься! Так и есть эгоистом был им и остаешься! СТОП! Мамочкой… Я же ляпнул что-то вроде «Мама не разрешает»! О!!! Идиот!!! — обхватил голову руками, виски прижал как следует, в попытке привести мысли в порядок, — Конечно после такого кто откроется?! А она боится, боится за себя и за ребенка — вот так правильно! Все верно, моя милая, НАШЕГО ребеночка мы будем оберегать от всех и вся!»

И снова характер дал о себе знать — вот в эту же секунду, не откладывая, побежать к любимой девочке, схватить в охапку и никогда больше из объятий не выпускать, оберегать и лелеять, но трезвая мысль пробилась сквозь туман импульсивных решений.

«Так, Малиновский говорит подождать еще неделю… Хорошо, но что-то же предпринять можно… Тем более, Катенька САМА позвонила и поговорила со мной.»

Вспомнилось: «Когда вам покажется, что цель недостижима, не изменяйте цель — изменяйте свой план действий»***!

«Вот ОНО! И опять, как говаривает господин Малиновский, «Мысли глобально, действуй по обстоятельствам…» **** Ну, раз он такой умный, ему и позвоним!»

______________________________________________________________________

* Она знала, что её приход ночью, в необычное время, раздражит его. Л. Н. Толстой, «Война и мир».
** Американский питбультерьер (англ. american pit bull terrier), сокращенно питбуль (Pitbull) - американская порода собак.
*** Конфуций, древний мыслитель и философ Китая.
**** Оригинал фразы - «Мысли глобально, действуй по идиотски» - из интернета. Автор неизвестен

Следующая * Предыдущая

Три девицы…

Следующая * Предыдущая

Александр устроился в любимом кожаном кресле, слушая «Музыку на воде» Генделя* и выпуская из трубки крученые кольца густого дыма. Они долго парили в воздухе. Воропаев сосредоточил внимание на технике курения — он старательно работал губами, челюстями и языком — так ему лучше думалось… Нужно было найти выход из неприятной ситуации, в которую втянула семейство любимая Кирюша…

«Чтоб её!.. Надо же было так вляпаться со Ждановыми! Сколько раз твердил, что на этом поле ничего путного не взрастет!  Так нет, она еще и Павла окрутить умудрилась!

Андрея, этого плэйбоя, на одну руку положить, а другой прихлопнуть ничего не стоит. Правда, в последнее время ходят слухи, что он за ум взялся, повзрослел, заматерел…  Но, сегодняшнюю встречу организовал не он, а Маргарита Рудольфовна… Ничего не скажешь — мутная история и её серьезно зацепила. И кто-кто, а эта женщина в искусстве добиваться своего, строить козни и красиво мстить — акула. С такой тягаться трудно — может не только конечности, но, не поперхнувшись, и голову оттяпать.

А тут еще Кристинка так не вовремя со своими восклицаниями: «Кирюша любит Андрюшу, а Андрюша любит Кирюшу!» Вечно лезет ко всем с романтическими бреднями, витала бы себе и дальше в далях заоблачных и не встревала бы в серьезный разговор! Она и сестре в свое время голову этой приговоркой задурила и заставила поверить, что Ждановский слюнтяй лучший кандидат! А как же, ведь «Андрюша любит Кирюшу, а Кирюша любит Андрюшу!» Как бы не так!!!

А Кира!!! Заварила кашу и затаилась по подружкам! Знает, что мне под горячую руку лучше не попадаться — пойди найди сейчас эту тихушницу с дальним прицелом!»

С момента гибели родителей роль старшего брата оказалась совсем не такой, как виделась прежде. Вместо гордости и хвастовства перед друзьями сестрами-красавицами, Алексу приходилось расхлебывать и подчищать за этими пакостницами все слюни, слезы и другое дерьмо.

Вот и сейчас, закрыть бы за собой дверь квартиры и забыть об интригах внешнего мира, расслабившись с хорошей сигарой и приятной музыкой… Так нет — нужно думать, как выйти из всего этого кошмара с наименьшими потерями!

Его невеселые мысли прервал дверной звонок.

_________________________________________________

* «Музыку на воде» составляют три сюиты, сочинение относят к периоду с 1715 по 1717 годы. Произведение должно было способствовать примирению композитора с английским королём Георгом I , на службе у которого состоял Гендель. Свою службу Гендель нёс не слишком ревностно, позволял себе длительные отлучки, что и привело к недовольству короля. 17 июля 1717 года король принял участие в прогулке по Темзе, во время которой исполнялась «Музыка на воде». Король был настолько восхищён музыкой, что приказал повторить концерт дважды до ужина и один раз после него.

Следующая * Предыдущая

Три девицы…

Думали скоро КОНЕЦ?! Не дождетесь! Моя Муза опять свернула куда-то налево, не пожелав так быстро расстаться со своими героями. 🙂

Следующая * Предыдущая

Катя металась по квартире, то хватала в руки трубку городского телефона, то бухала её назад, на место; вынула мобильник из сумки, а потом, несмотря на опасения забыть его утром дома, спрятала под подушку… Перебирала в уме доводы Антон Палыча, приводила все свои ЗА, ругала себя за трусость… Но, даже когда эти ЗА намного перевешивали её натянутые за уши ПРОТИВ, Пушкарева никак не могла побороть свой страх перед разговором с Андреем.

И тут, после почти часовых бесполезных раздумий, у неё, промелькнула неплохая идея. Промелькнула, а потом и захватила своей простотой и легкостью исполнения. И страх, до поры до времени, куда-то спрятал свои противные щупальца…

«Вот так! И волки ПОКА будут сыты, и овцы целы…»

«Соломоново, прямо таки, решение! Ну… овцы-то нам известны… А вот волки… Вы кого на эту роль определили, уважаемая?» — заговорило её второе… то есть совесть.

«Пушкарева, а тебе никто не говорил, что у тебя изворотливый ум? Да! Гениально-изворотливый ум… и НЕстандартный подход к решению проблем…» — возгордилась сама собой Катя и запросто отвергла второй голос. А потом вспомнила, как всегда восхищали Андрея её «НЕстандартные решения», и всплакнула от тоски.

Так как решение было принято, «одобрено» большинством Я, и повторному обдумыванию не подлежало… Пошмыгав носом еще пару минут и, списав это на разыгравшиеся гармоны, Катя умылась холодной водой и решительно подвинула к себе телефон.

***

— Коля, привет!

— Пушкарева, позже позвони! — буркнул друг в трубку.

«Куда уж позже… Десятый час!.. — перед тем, как положить трубку, Катя замешкалась от неожиданной реакции на свой звонок, — Так реагируют на звонок человека, с которым не виделись почти полгода?..» — не успела додумать…

…до Зорькина вдруг дошло, кто звонИт и он заорал в трубку:

— Катька?!! Катька, трубку не клади!

— Не кричи… Да, это я…

— У-ф-ф-ф, Пушкарева, ты меня в могилу сведешь!

«Кто — кого!!!» Катя уже начала ругать себя за такое вот «НЕстандартное решение».

— Извини… Так я потом… перезвоню?..

— НЕТ! Нет-нет-нет!!! «Жданов меня убьет!» Прости… Сейчас… Секундочку… Я тут занят немного… — и снова загрохотал в трубку, —  Был занят!!! БЫЛ!!! Но уже все заканчиваю! Я уже… — Зорькин в минуту свернул свои расчеты. Взглянул на мобильник и записал цифры, высвеченные на дисплее. Номер был городской. «Дать поручение Малиновскому узнать через своего агента, есть ли у Катьки домашний телефон…» — Фу! Вот, закончил! ФСЁ!.. Катька!!! — закричал в трубку, желая снова убедиться в правильности своего утверждения.

Катя даже телефон от себя отодвинула и снова подтвердила.

— Да, я… Чем-то интересным занимаешься? — поинтересовалась девушка.

— Не то, что бы интересным… Скорее… В общем, стратегические расчеты… — туманно разъяснил Николай. Он не был до конца уверен, стоит ли прямо сейчас раскрывать подруге секреты заговора Марго.

— Для «Зималетто»?

— Для него, родимого, для него… — Коля тяжело вздохнул, намекая на свою нелегкую долю.

— Много работы, — посочувствовала Катя.

— Да не то, чтобы много… — а потом не выдержал, захотелось пожаловаться на тяжкую долю финансового директора, и вывалил всю «кучу малУ» — Понимаешь, мало мне всех текущих «невпроворотов», так еще потребовали срочно расчитать, на какие суммы мы сможем расчитывать, если Воропаев решит свои акции продать…

— А с чего это ему такое в голову прийти может? Что-то не в порядке с финансами компании? Прибыли нет? Вы что, на грани банкротства?! — заволновалась Пушкарева.

«А-а-ааа… пробило?! Вот-вот, так тебе и надо! — мстительно ухмыльнулся про себя Николай, — Может хоть волнение за благополучие своего Андрюши мозги прочистит — и вернешься!» — перешел на назидательный тон и разьяснил:

— А с того… — и вдруг, не выдержав напряжения момента, перешел на скороговорку, — и как ТЫ могла подумать, что Я допущу банкротство компании?!! Ну ты!.. У меня нет слов!!! Совсем меня не ценишь! У Воропаева совсем другие мотивы… Ты что, совсем не в курсе?! Тебе Андрей не написал? Тут у нас такое! Такое!

— Коля, да что же случилось?! С вами все в порядке?  Опять родители?!!

— Да нет, все в порядке… В смысле здоровья! — спохватился Зорькин — «Вот не хватало мне еще, чтоб рожать от волнения начала!.. Роды по-телефону… Смешно! Страшно — жуть!!!» — Дыши спокойно, я про другое… — попытался успокоить подругу, — Значит, он решил тебе не писать…

— Ну же, Коля! О чем не писать?!

— Кира Юрьевна в Москву пожаловали… — уже спокойным голосом, снижая градус накала, сообщил Николай, — а Маргарита, в ответ на такое безобразие, выставила семейству Воропаевых некоторые условия…

Катя нахмурилась:

— Ничего не понимаю! Объясни толком!

— Ну что тут непонятного? Маргарита Рудольфовна, и я тебе это уже сообщал, застукала своего благоверного с Кирюшей…

— Да, ты писал, и что?

— А то, что вывела она муженька на чистую воду и всех, наработанных папашей-производителем деток, с Андрюшиных плеч стряхнула…

— Ах, об этом… Ты писал, кажется… или я в газете читала… — ответила Катя и задумалась, — «Ну вот, теперь еще и Марго в мой список недоброжелателей войдет… Одно оправдывает: я с Павлом Олеговичем никогда в близкий контакт не входила, и мой ребенок никак не может быть от него… Это радует… Или нет? Поверит ли в мою непричастность ко всей этой заварухе Маргарита Рудольфовна? Ведь она женщина непростая, а теперь, наверняка, еще и подозрительная… А Андрей у нее один, а тут Я такая нарисуюсь!..»

— Алло, Пушкарева! Алло! Ты куда пропала?! — заволновался на том конце Зорькин.

— Здесь я, Коля, здесь… Слушаю тебя…

— Ну вот… — продолжил друг, —  Кирюша решила вернуться домой… И чего ей в Лондоне не сиделось! Узнала, что про нее в газетенках прописали и вчера вечером к Маргарите сунулась с какими-то прожэктами по своему оправданию… Та, естественно, разговаривать с ней не стала — сразу трубку бросила… А сегодня, представляешь, эта нахалка не побоялась в «Зималетто» явиться, еще и Андрею сцену устроила…

— Сильно кричали?

— Да нет… НЕ ДО НЕЁ ЕМУ… — Катя намек не поняла, тему не продолжила, и Коля уточнил, — Он её, можно сказать, послал… Проигнорировал и к братцу направил разбираться.

— В чем разбираться?

— Так я ж тебе и рассказываю! С тезисами Марго… Что ты меня все время в сторону своими вопросами уводишь! — возмутился Зорькин.

— Не буду… не буду… — отступила вроде, но тут же снова спросила, — С какими такими тезисами?

— С апрельскими!..

Чувствуя настроение друга, Катя не стала усугублять, решила потом разговор проанализировать, и снова уверила в трубку:

— Все, не буду… Не буду тебя перебивать, прости…

— А с чего ты такая покладистая? — подозрительно спросил Коля, — Случилось чего? И позвонила вот…

— Да нет, Коленька, у меня все отлично! Соскучилась просто… — бодро отрапортовала Катя, — Честно-честно, все в полном порядке!

— Соскучилась, говоришь… Ну, ладно. «Знаем мы твои «все в порядке»! Подпольщица! — возмутился про себя Николай, но тему беременности поднимать не стал, — Главное, что на звонок решилась. Хоть мне, но позвонила! Теперь нужно каким-то образом перенаправить её к Жданову… Но как? Вот бы Малиновского сюда, а-то НЕхитрый я… Интриги не моё призвание!»

— Так что там с Воропаевыми? — вернула беседу в прежнее русло Пушкарева.

— Ну вот, мы с Малиновским Киру возле «Зималетто» просекли, она там с Викусей встречу назначила… И по инстанции, как положено, Марго сообщили… А та нас на домашний совет созвала, пирогами потчевала, а потом и  свой план действий предложила…

— Ах, ну если пирогами, — ухмыльнулась Катя, знакомая с кулинарными предпочтениями друга, не удержалась и тихонько съязвила, — С пирогами точно любой план действий на ура пойдет!

— Ну, да, «апрельские тезисы» её! — почти ругнулся Николай, не распознав пущенную в свой адрес шпильку, — …Точнее, план противостояния Кирюшиным проискам… Ведь с нее станется!

— С кого с Маргариты Рудольфовны? — удивилась Катя, «Ага! Вот и объяснение революционному термину…» — Она же так Киру любит…

— И с нее тоже… Обе хороши! А любовь, как сон, стороной прошла… и завяли помидоры!* Я же тебе сказал, она «девочку СВОЮ» на коленях СВОЕГО же мужа и застукала! Ворковали они о том, как общего ребеночка воспитывать будут!

— Так у Киры ребенок от Павла Олеговича был? — следуя за своими мыслями, автоматически уточнила Катя.

—  Пушкарева ты что, отупела там, в своем подполье? Я ж тебе писал и сейчас объяснил!

— Да, Коленька, точно… Ты, главное, не нервничай… прости… Продолжай, продолжай…

И вдруг Зорькин постановил:

— Ты не Катька! У тебя только голос Пушкаревой!

— Ты чего? Как… С чего ты это взял? — не поняла Катя.

— Ты слишком покладистая, со всем соглашаешься… Нет! Ты не Катька!

— Коля, ты так не шути! Я — Катя! — командирским тоном прекратила дурачества Зорькина девушка.

— Во-о-от, теперь похоже… Валерий Сергеич прослушивается… — и снова ошарашил подругу, — Так ты чего звонишь-то, Пушкарева? — потом заворчал, — Пропала где-то, на письма толком не отвечаешь, даже на документы по фирме толком не реагируешь… Жданов вон, весь извелся, который месяц весь коллектив в постоянном страхе держит. Викуся даже заикаться стала!

— А при чем тут Жданов? — сделала вид, что не понимает друга Катя, а у самой, в ожидании ответа, даже сердечко быстрее забилось.

— Как при чем?! Как ЭТО при чем?! ПРИ ВСЁМ!!! Ты что, совсем спятила, ни моих ни его писем не читаешь?! — опять взвился Зорькин, — Ищет он тебя! Свихнулся совсем! Мы с Малиновским всю контору тянем, а он сидит в своем кресле, руки как плети, и вздыхает тяжело… Какое там работать! Только и слышно целый день «Катенька…» «Катюша…» «Где ты, моя Катенька?» Похудел! Одни кожа да кости остались — решил усугубить положение и вконец разжалобить подругу Николай.

— Как он, Коля?

— Так я ж тебе говорю! Ничего не делает, бумаги на подпись пока от него назад получишь! Целый день на телефон или в компьютер уставится и ждет привета, как соловей лета!

— Правда, что-ли? — в голосе девушки проступили сомнения, и Николай поднажал:

— Да правда, правда! Истинная правда, Пушкарева! Истинная правда!!! Ты бы написала ему или позвонила… Совсем извела мужика!

— Хорошо, Коля… Я… позвоню ему…

— Вот и ладно! И мне! Звони мне почаще, не пропадай! — решил закончить разговор Зорькин.

— Хорошо…

— И, все-таки, ты не Катька! Та — боевая, а ты — размазня! — закинул бомбу замедленного действия Коля и быстренько нажал на отбой.

Нужно было срочно связаться с Малиновским и передать тому последние оперативные данные.

Коллаж немного захватывает и следующую проду, так что, ждите…

* Соединение слов из песни и стихотворения.
1. Обалденная песня из юности - «Клён» Там, где клён шумит над речной водой - Говорили мы о любви с тобой - Опустел тот клён, в поле бродит мгла - А любовь, как сон стороной прошла. Автор и исполнитель Крымский Константин, и ВИА «Синяя птица»
2. Прошла любовь, завяли помидоры, Ботинки жмут и нам не по пути... автор Олег Савостьянов

Следующая * Предыдущая

Три девицы…

Следующая * Предыдущая

Домой Андрей не доехал. На середине пути притормозил, посидел несколько минут раздумывая. Было только пять часов. Магазины работают до семи и позже, а план появления перед любимой девочкой можно обдумать и в машине. И Жданов, махнув рукой на осторожность, развернулся и рванул к «Экслибрису».

Остановился как раз напротив магазина, смотрел в окна, отражающие заходящее солнце, и никак не мог сосредоточиться на обдумывании своих следующих действий. Ближе к семи показалось, что рядом проехала машина Зорькина.

«Партизаны! Следят за мной! — возмутился про себя, а потом успокоился, — Боятся, что не выдержу. Зорькин, поди, за подружку свою волнуется…» Попытался отыскать взглядом место укрытия горе-сыщиков, и тут…

«Это она? Выходит! — Андрей сидел в машине, затаив дыхание, и смотрел на свою Катеньку, — Да, она, моя девочка! Как идет тебе материнство, душа моя! Ты вся светишься — будто фонарик изнутри зажгли. Какая ты красивая!»

Хотел выйти из машины навстречу, уже дверь открывать начал, но в голове промелькнуло Ромкино предостережение: «…Вот увидит тебя, еще ребенка раньше времени родит!..». Так хотелось обнять Катюшу — аж до зуда в руках, но огромным усилием воли, все же остановился, с силой вжавшись в водительское кресло. Хорошо, что она задумалась и не обратила внимания на его дергания — пронесло!

Машин, на оживленной еще час назад улице, почти не было, и Андрей побоялся последовать за Катей. Решил, что сегодня вечером еще раз попробует достучаться к ней с помощью письма. Провожал свою девочку взглядом, а когда она скрылась за поворотом, развернулся в сторону дома и нажал на газ.

***

Катя медленно шла домой и обдумывала утренний разговор с Раневским. За целый день он больше не поднимал тему её отношений с Андреем и, вообще, старался как можно меньше к ней обращаться. «Обиделся… Нет, разочаровался!» Такого Пушкарева допустить не могла. Все, вот прийдет домой и немедленно предложит Андрею… — на встречу наедине решиться было очень страшно — телефонный разговор… Да, пусть напишет, когда можно будет позвонить ему на домашний номер, не в оффисе же такие разговоры вести: услышит еще кто, потом слухов не оберешься! Катя надеялась, что по интонации сможет определить отношение Жданова к её положению, ну а если нет, она потом подумает, что делать. Сейчас бы сил набраться хоть на первый шаг!

Следующая * Предыдущая

Три девицы…

Следующая * Предыдущая

Как финансовый явился, Андрей сразу на него набросился:

— Ты знал, партизан! Знал, а мне ничего не сказал!

— Он о чем?! — ошарашенный напором, обратился за переводом к Роману Зорькин.

— Да все о ТОМ же… и все о НЕЙ же…

— А-а-а-а… Да-а-а-а… То есть НЕТ! Нет, не знал! Чес-слово не знал. Мне только утром Малиновский сообщил! Вот чес-слово!

— Ладно, не парься! Верю! — снизошел президент.

— Не беги вперед паровоза — все дело загубишь. Дай ты ей время, да и сам попривыкни к мысли об отцовстве… Ведь Катька почти созрела — письма подлиннее писать стала, сам же сказал… А так, резко — еще увидит тебя перед собой, и ребеночка раньше времени родит! — высказал свое мнение Роман.

— Тфу на тебя, Малиновский! Даже не заикайся о таком!

— А ты горячку не пори! — повысил голос Роман, — Успокойся и сам рассуди: Катя чего-то опасается… И пусть… Пусть… — не дал Андрею слово вставить, — Мы же примерно догадываемся чего!

— Ну, если ты такой умный — просвяти нас — чего же Катюша так боится, или кого? Меня, что ли? Меня?!! Если бы боялась — не писала бы!

— Ты прав, прав, крнечно, НО кроме тебя есть еще и Кира… и твое окружение… Ты не подумал что будет, если ты после всех, обеляющих тебя, статей, вдруг появишься с новой беременной подругой? Да и захочет ли она всеобщего внимания… а рядом с тобой без этого не обойтись.

— Точно! — подтвердил Коля, — у Катьки в голове иногда такие мысли и идеи появляются… И, кстати, самоедство — её любимый вид спорта.

— Вот видишь, — продолжил увещевания Малиновский, — возьмешь нахрапом, а проблемы остануться. Может ты не знаешь, но Женщина — как эхо. Как к ней обратишься, так она и отзовется… *

И тут вступил Зорькин:

— Не уверен, что Пушкарева эхом… Но обухом по голове точно отозваться может! Куда нам, примитивным мужикам, до её заумных мыслей допендрить! «Самое хрупкая вещь на Земле — это любовь женщины. Один неверный шаг, слово, взгляд и ничего восстановить уже не удастся…»**

— Это ты про Клочкову? — пустил шпильку Роман,  но Коля не среагировал, а серьезно разъяснил:

— Нет, это про Катьку! И как точно сказано, не находите? «…Один неверный шаг, слово, взгляд и…»

— Во-о-о-от, — снова перехватил инициативу Малиновский, — Давай, лучше, план составим, как потихоньку… Слышишь? ПО-ТИ-ХО-НЬ-КУ! Катю вернуть.

— Опять план?! План реорганизации… Бизнес-план… Надоело! До родов ждать я не буду! — взбеленился Жданов.

— А тебя никто и не заставляет! — искренне удивился Роман, — У нас еще три месяца впереди.

— У вас?! ТРИ! А я целых три месяца не выдержу!

— Погодь, Палыч… Давай дадим ей… ну, скажем, неделю на раздумывание… Так тебя устраивает?

— И?.. — Андрей стремительно перемещался из угла в угол и мял несчастный оранжевый мячик с такой силой, что даже твердая резина могла не выдержать.

— И?.. Ах, И… И, потом, если через неделю не вернется…

— НЕТ?!! — вскричал Андрей, — НЕ ВЕРНЕТСЯ?!

— Ну что ж ты нетерпеливый такой! Николай, разъясните господину президенту, какую тактику можно применить, а-то у меня силы кончаются!

— Как говорит Алонсо Арджуна: «В жизни всегда всё рано и никогда ничего не поздно»! — вставил свое веское слово начитанный Зорькин.

— Вот, прислушайся к мудрым! — подхватил Малиновский.

Андрей, наконец, остановился, тяжело опустился в свое кресло и со всхлипом вздохнул:

— Да… с классиками не поспоришь!

— Не расстраивайся, друг, главное, что мы знаем, где она обитает, и остальное — устаканится! Может выпьешь чего-нибудь — полегчает, — прибег к проверенному средству Роман, но Жданов так на него зыркнул, что тот застыл от злости, промелькнувшей во взгляде президента.

— Рома! А ты ничего лучше не придумал?! Там Катя одна, а я напиваться буду?!

— Ну все-все! Разошелся! Никто же тебя силой не заставляет… Успокойся.

— Успокоишься тут, — проворчал Андрей, а потом и вовсе послал их, — А идите-ка вы… поработайте, что ли…

Добровольные помощники быстренько ретировались от беды подальше. А Жданов задумался.

«А ведь они правы, нельзя Катюшу нахрапом брать… Нужно все хорошенько продумать… Но здесь не дадут. Домой… хватит, наработался сегодня! Домой! Думать!» — и, быстро разложив бумаги по папкам, почти бегом спустился на стоянку.

______________________________________________________________________

* Автор неизвестен.

** Эрих Мария Ремарк ©

Следующая * Предыдущая

Три девицы…

Следующая * Предыдущая

Роман ожидал застать Жданова в растроенных чувствах — по дороге к его кабинету морально готовился к бурному всплеску эмоций президента и к своей роли утешителя-усмирителя. Но, к его удивлению, Андрей даже не поднял глаза на входящего и не отозвался на приветствие. Он что-то сосредоточенно набирал на компьютере, а когда закончил, оторвался от экрана, посмотрел в окно и задумчиво произнес:

Женщины коварны, Малиновский! Знаешь, порой, чтобы отомстить, вместо войны они объявляют дружбу…*

Малиновский встрепенулся: «А-а-а… все-таки заметил меня! И уж если Палыч решил поделиться наболевшим, стоит подхватить эту волну и развернуть в нужное русло.»

— Ты о Кирюше говоришь? — увидел слабый кивок и продолжил заданную тему, — Если о ней, то да — я полностью с тобой солидарен! Они иногда такое творят, а после овечками прикидываются — мол прости, невиноватая я, и другие разные отговорки… Всегда так вывернут, что за их же выкрутасы мужику еще и извиняться приходится! Только такой доверчивый мужик, как ты, Палыч, мог с ней «дружить»! — не удержался Роман, а потом еще и съязвил, — Но ладно бы с ней одной! Ты умудрился «дружить» с тремя одновременно!

— Почему с тремя? — на автомате отреагировал Андрей, — их больше было…

— Ох, извини, не Трио? Квартет? — посмотрел на друга и усугубил, — неужели Сексте́т?!** Я что, так тебя недооценил?!

Жданов на такой комплимент только хмыкнул.

— Да!.. Но этих-то трех дам ты к себе особо приблизил и вот, смотри что получилось!

— Что? Что уже такого получилось, Малиновский?

— Да ничего хорошего! Особенно, в конкретном, Кирюшином, случае. Мы же про неё говорим? Воропаевы, и без того, семейка малоприятная, а тут еще и беременность эта!

— Да, не говори… От Сашки всегда можно ожидать гадость, Кристинка не от мира сего — особо никогда не заморачивается земными проблемами, а тут — прямо стеной за любимую сестричку встала!

— Кровь не водица! Нам с тобой такого не понять, ведь мы единственные дети. Хотя, ты уже точно скоро хоть одной, а-то и двумя сестричками или братиками обзаведешься, — хохотнул Роман, — Кого там Юлианна ждет?

— Дочку…

— Вот, значит сестричкой! Ну, а Кира? Или пока не известно?

— Да все известно уже… Не будет у нее ребенка, говорит, выкидыш был…

— Во как! А ты как считаешь? Аборт или само так получилось?

— Говорит само… От моего пренебрежения, мол… Дура! Представляешь, она даже не догадывалась, что мама лично их с отцом застукала!

— Ну теперь-то, после того, как вы её дружно послали, думаю, догадалась уже. Она, понятное дело, змеюка, но не идиотка.

— Ты прав! Уже догадалась. Я ей, не более чем четверть часа назад, еще раз всё подробненько так и разъяснил… — и Жданов тяжело вздохнул.

— Ладно, Андрюха, хватит киснуть! — и Роман перешел к делу, — У меня для тебя новость интересная имеется!

Жданов вопросительно вскинул брови:

— Еще одна?! Н-е-е-ет! На сегодня новостями я сыт уже по самое не хочу! Аж воротит!

— Но ты все же послушай, новость хорошая!

— Х-м-м-мм…

— Ну, как хочешь! Смотри, пожалеешь! — встал в позу Малиновский.

— Даже так? Ну, выкладывай тогда свою новость, — скептически протянул Андрей.

И Роман, раскинув руки и поклонившись, широко улыбнулся и начал свое представление:

— А ведь я был прав, Жданыч!

— В чем опять? — устало поддержал действо Андрей. «Опять Малина со своими глупостями! И деться некуда от его энтузиазма!»

— Она работает в книжном! — провозгласил друг так, будто о выигрыше в лотерею сообщал.

Сердце подпрыгнуло, задохнулся от такой неожиданной новости. «Что он сказал? Неужели?!» Повторил еще раз — медленно и про себя — «Она… работает… в книжном…», потом оглядел Романа — «Похоже не шутит…» и спросил шепотом:

— Катя?!

— Ну да! Она, родимая, ОНА!

— Когда… Как ты узнал?! Почему молчал?!! — закашлялся от стянувшего горло напряжения Андрей.

— Извини, не хотел в твои рассуждения о женской подлости вмешиваться!

Жданов подскочил, схватил друга за грудки и прорычал:

— Говори уже!

— Where there‘s a will, there‘s a way! — Ромка весь светился от гордости.

— Переведи, что-то я… с… утра… плохо понимаю…

— Да ты что?! Ведь инглиш — твое второе Я!

— Ромка, повтори!.. П-О РУ-С-С-КИ!!! — в голосе Жданова послышались металлические нотки.

Малиновский вздохнул и послушно перевел:

Где есть желание, там есть и способ, — и добавил, — Английская, между прочим, поговорка.

— Ну?..

— Что «Ну»?.. Я её случайно увидел…

— Где?! Как?! Она видела тебя?! Что сказала?! Ну что ж из тебя все клещами тянуть надо!!!

— А ты не спеши… Не спеши… — и пробормотал под нос, — Может еще пожалеешь вообще, что поспешил…

— Что ты там шепчешь, на меня смотри и рассказывай!

— А нЕчего особо рассказывать. Работает в новом букинисте «Экслибрис». Помнишь, я недавно на открытие ездил.

— И ты несколько дней молчал?!

— Я не молчал! Уверен не был, что она там работает… Может она приходила книгу купить…

— «Уверен не был…» — Андрей про себя проговорил услышанное и снова впился глазами в Ромку, — А теперь уверен?

— Ну, — потянул Малиновский, — она там вроде компаньон… Я точно не понял, но на работу приходит каждое утро.

— И что, теперь её в этом магазине можно будет всегда найти? — усомнился Андрей, а потом испугался и заметался по кабинету, — ДА ОНА ЖЕ если тебя видела… ДА ОНА ЖЕ СБЕЖИТ ОПЯТЬ!

— Не сбежит! — не выдержав метаний друга, заорал Роман, — Успокойся, ненормальный! Не видела она меня. Н-е  в-и-д-е-л-а! Вот если бы видела — точно бы сбежала!

— Почему? Ты такой страшный был?

— Не во мне дело… — отмахнулся Малиновский и выдохнул, — БЕРЕМЕННАЯ ОНА! Шестой месяц, наверное.

Андрей бухнулся в кресло, тряхнул головой, глаза закрыл… Посидел так с минуту, подсчитывая что-то на пальцах… «Так… Сроки совпадают… Беременная?.. Это и есть её МЫ? Моя девочка беременна?!» Вздохнул глубоко, глаза открыл и расплылся в улыбке, как-будто от груза тяжелого освободился.

Ромка растолковал это сияние, как признание.

— Андрюх, а ты уверен, что у Кати ребенок от тебя?

Андрей даже подпрыгнул и смешно взмахнул руками.

— Ромка, чушь не мели! Он МОЙ!

— Кто?! — Малиновский и даже пригнулся от неожиданности.

— Ребенок, кто же еще! Сам же сказал!

— Вот так вот! И тебя это радует? «Откуда у него такая уверенность? Я бы двадцать раз проверил!» — и Роман решил убедиться еще раз, — Не забыл, что только недавно с трудом избавился от двоих претенденток? Там тоже вроде как «твои» детки были…

— Ты что тупишь?! То были НЕ мои! А Кате я сам говорил, что не против… — Андрей удивился: «И как это Малиновский разницы не видит?!»

— Не против чего?

— Ребенка, болван! Ребенка от нее.

— А этот, потому значит, что ты был «не против»… Сразу, и не глядя — ТВОЙ?

— Да, вот так — СРАЗУ и НЕ ГЛЯДЯ! Чей же еще?! Катюша мне никогда не врала и врать не будет! — сказал последнее слово Жданов, намекая на необратимость и окончательность своего решения,  — И хватит об этом! Даже не сомневайся в ней!.. И во мне тоже!!!

— Разумеется… разумеется, и не думал сомневаться! — попытался сбить напряжение Роман и тут же опять все испортил, — Тогда другой вопрос: почему она сбежала? Просто так? Может, все-же ребенок… — увидел как Андрей брови сдвигает, «Ну надо же какой нервный попался!», и другую версию полушепотом выдвинул, — Или, может, не любит…

Жданов сразу сдулся, плюхнулся в кресло, глаза закрыл и мечтательно вздохнул.

— Эх, Ромка ничего-то ты не понимаешь! Я тут недавно нашел такую фразу — «Женщина может любить так, как будто никогда не уйдет. Но может наступить такой день, уйдет так, будто вовсе и не любила…» *** Все просто объясняется: Катюша просто не захотела на меня еще одну проблему вешать… Про Юлькиного малыша она всё знала и согласилась, что принять ответственность на себя — единственный правильный выход. А вот с Кирой… Видно, для нее это и был решающий компонент…

— А для кого не был? Но ведь Кирюша в твоем «Трио» всегда роль подстилки играла… и такой исход не исключался. И что, Катенька, по простоте своей душевной, ни о чем не догадывалась? Или я ошибаюсь? — Малиновский до сих пор никак не мог понять и объяснить себе романтические отношения избалованного женским вниманием друга с простенькой незаметной, правда, умненькой не по годам, Катей.

— Да знала она все про нас с Кирой! Знала! Но я… когда с ней встречаться начал к Кире уже не ходил и Кате об этом прямо сказал. Вот… А когда на даче вдруг выяснилась эта беременность, сразу заявил троим, что не я отец, и объяснил почти со сто-процентной уверенностью, что этот ребенок моим быть никак не может, не тот срок… Но Кира так настаивала… и я решил не обострять.

— Ты решил не обострять, и «ПОЧТИ на сто-процентов…» был уверен! Потому и в командировку уехал. А Кирюша «так настаивала», что даже Катино заявление об увольнении с радостью приняла!

— Ты думаешь это Кира все устроила? Её увольнение и исчезновение?
— Устроила — не устроила, но подтолкнула точно! Даже один процент это много, а тут «почти…» сколько? — Два-три-больше? Это для такой сомневающейся и совестливой девочки, как Катенька еще какое доказательство! А ты в командировке! Оставил их между собой разбираться и трусливо дезертировал с поля боя! — очень Ромке в последнее время военная терминология была по душе.

— Я и не подумал! Катя знала, как все это для меня тяжело, и согласилась на мой отъезд…

— А что бедная девочка еще могла сделать! Думаешь она о своей беремености уже знала?

— Н-н-нет, не думаю… Думаю, что узнала, когда меня уже не было рядом, и запаниковала. И, ВМЕСТО ТОГО, чтобы ПОЗВОНИТЬ МНЕ — СБЕЖАЛА!

— Знаешь, есть такие люди: поближе узнаешь — подальше пошлёшь. Это я о Кире, — уточнил Роман, — Она ведь могла ТАК её подтолкнуть — не позавидуешь… Ты вот Пушкареву осуждаешь что не позвонила, а может у нее выхода другого не было, как поскорее скрыться от Воропаевой…

— Да не осуждаю я, не осуждаю… Просто… Я её столько уже уговариваю откликнуться, могла бы позвонить уже… — оборвал не в ту сторону метнувшиеся мысли, — Все Ромка не о том думаешь!

Андрей замялся, ведь только утром сам себе пообещал не вмешивать в отношения с Катенькой чужих. Но после разборок с Кирой и ошеломляющей Ромкиной новости, сил на спокойное и самостоятельное обдумывание дальнейших действий не осталось. Потому, борясь сам с собой, промямлил:

— Лучше давай подумаем, как я к ней явлюсь… — посмотрел на ошарашенную физиономию Малиновского и сжалился, — Зорькина зови, вместе соображать будем!

Роман пошел за Колей, бурча под нос:

— Как явишься, как явишься… Как солнышко ясное, блин!.. Пред ясны очи… Катеньки ненаглядной!.. Вот теперь Военный Совет созовем… Николя-Маргарита-Я-да-Ты… Посовещаемся… Решим…

Андрей краем уха расслышал в бормотаниях Малиновского «Маргарита» и крикнул вслед:

— Маму привлекать не будем! Её только не хватало! Ты слышал Рома?

— Да слышал… слышал… Только Николая приведу. Одна нога там а другая… Я мигом, мой президент!

______________________________________________________________________

* Автор неизвестен.

** Кварте́т - многозначный термин: (муз.) - ансамбль из четырех исполнителей; Сексте́т - ансамбль из шести исполнителей;

*** Моника Беллуччи, итальянская киноактриса и фотомодель ©

Следующая * Предыдущая

Три девицы…

Следующая * Предыдущая

Катя сидела в уголке, обложившись сонниками и никак не могла поверить в прочитанное.

«…Ваши отношения с любимым переходят на новый уровень. Вы подсознательно боитесь перемен… — …Если в ближайшее время вы не сумеете привести свои мысли и планы в порядок, вас может ожидать полоса неудач… — …Дружба и любовь — это, в первую очередь, доверие!»

Елена Александровна Пушкарева, её добродушная любимая мамочка, почти каждое утро рассказывала свои ночные видения и трактовала их, как самой было удобно, подстраиваясь под события и настроения окружающих. Со временем, даже Валерий Сергеевич стал прислушиваться к её «выдумкам» — так и ворчал по утрам: «Ну, вещунья моя, поведай, что нас сегодня ждет, что ты ночью на этот раз углядела?».

Несмотря на то, что некоторые мамины «предсказания» были похожи на правду, Катя в них не верила, считала, это наивным способом манипулировать ею и отцом, а совпадения маминых видений с последующими событиями — случайностью… Теперь же, когда авторитетные издания в один голос утверждали, что нужно поскорее встретиться с Андреем, и промедление может обернуться несчастьем…

Да и Антон Павлович советовал поскорее открыться и не скрывать от отца ребенка правду…

«Что же делать?!»

Не в силах принять какое-нибудь решение, борясь сама с собой, Катя так и сидела на стремянке между книжными полками.

«Какая я, все-таки трусиха! Что же делать?! Он же молит о встрече! А я как этого хочу! Но боюсь, что Андрюша не поймет… И его любовь обернется крахом моих надежд…»

Раневский уже несколько минут наблюдал за Катей, а она, уткнувшись взглядом на раскрытые книги, находилась во власти своих мыслей и совершенно не замечала ничего и никого вокруг.

««Порой и черт боится мыслей, что зреют в женской голове..!»* Ох, Катюша, что ж ты так мучаешься?!»

— Катенька!

Девушка вздрогнула и оглянулась.

— А-а-а… Я уже иду, Антон Павлович. Уже иду…

— Не торопитесь! Еще никого нет… Я вот вас спросить хотел…

— Да-да, конечно, — засуетилась Пушкарева, пристраивая книги на места и боясь смотреть в сторону Раневского.

— Чем вы там заинтересовались? — он прекрасно знал, что находится на этих полках и удивился про себя, зная, как девушка относится ко всей этой эзотерике**.

— А… Да так… ерунда… Просто… — Катя не смогла соврать, — Понимаете, мне сон приснился… или не сон…

— Интересно! Не будете ли так любезны поделиться? Или это что-то личное?..

— Да нет… Я Вам уже говорила… — и она решилась, — Мне сегодня ночью… — и пересказала весь ночной диалог-видение с Андреем.

— Так, понятно. Значит моим советом вы до сих пор не воспользовались? Не сообщили отцу о его радости?

— Почему Вы так уверены, что для него это будет радостью? Ведь Вы его совсем не знаете…

— Зато знаю вас, Катенька! И думаю, что не стали бы вы интимничать, простите за слово такое, с неприятным и недостойным человеком!

— Нет… Конечно нет! Он чудесный!

— Так почему вы столько раздумываете… сомневаетесь?! Ваше время рассуждать уже подходит к концу! Неужели признание небезразличному вам человеку может обернуться бедой?

— Понимаете, он очень популярен… Ну, про него много пишут… Я боюсь, что не так поймут такое развитие событий… перевернут все с ног на голову… Ему будет больно… может и неприятно… И его родители, друзья… Я им.. Уверена, что не понравлюсь рядом с ним…

— Знаете, есть такое выражение: «Всегда найдется кто-то, кому не нравится то, что ты делаешь. Это нормально. Всем подряд нравятся только котята.»***

— Нет, понимаете… Дело даже не в том, что я ему не подхожу… что мы с ним очень разные… внешне и вообще… и что я не понравлюсь кому-то… Моё появление может повредить его делу… Его любимому делу.

— Катюша, дорогая! А, может, прежде, чем что-либо предположить или выдумать, воспользуйтесь совершенно безумным методом — cпросить!**** Просто сообщите о факте беременности и спросите: желает ли он все еще встречи, признает ли ребенка. Если вы так остерегаетесь разговора с глазу на глаз — спросите письменно! Ведь если, в конце-концов, он не откликнется или не отреагирует как вам хотелось-бы, то и настаивать на чем-то и искать вас не будет. Тогда можно не сомневаться — растить ребеночка и радоваться рядом с ним. Ведь это такое счастье! Но прежде… даже самые из наимудрейших толкают нас попробовать, прежде, чем отказаться от шанса быть счастливыми: «Рискуйте! Если вы победите — будете счастливы, а если проиграете — опытны.»***** — продекламировал Антон Павлович и наставительно похлопал Катю по руке.

— Да, — улыбнулась Катя, — с таким авторитетом не поспоришь! Но… все-же мне хотелось бы еще подумать…

— Ну и упрямица! Да не о чем тут думать! Не о чем! Катя, не разочаровывайте меня! — воскликнул Раневский, вскинул руки, капитулируя, и, покачивая головой, пошел прочь.

А Катя опять опустилась на стремянку. «Что же делать? А вдруг Андрею только кажется, что он меня любит и это лишь погоня за миражами… Да, нам было хорошо вместе, но совсем недолго… И, потом, как не раз говорила Кира: ОН ТАКОЙ! ТАКОЙ!!! А я… Всего-лишь серая офисная мышка… Что же делать?!»

_____________________________________________________

* М. Булгаков

** Эзотери́зм (от др.-греч. ἐσωτερικός — внутренний; эзоте́рика) — совокупность знаний, сведений, недоступных непосвящённым, несведущим в мистических учениях людям, особых способов восприятия реальности, имеющих тайное содержание и выражение в «психодуховных практиках».

*** Отто фон Бисмарк

**** Автор неизвестен

***** Омар Хайям

Следующая * Предыдущая